joomla
КЛАССИФИКАЦИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ СИСТЕМ: КРИТЕРИИ И СРАВНИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
Юридичний вісник


Н. Янчук,

Кандидат юридических наук, доцент кафедры права Европейского Союза и сравнительного правоведения Национального университета «Одесская юридическая академия»

Итогом приложения сравнительно­правового метода к национальным пра­вовым системам становятся различные классификации правовых систем. На­чиная с Первого Международного кон­гресса сравнительного права 1900 г. появилось множество таких типологий, берущих в качестве своей основы самые разнообразные критерии классификации правовых систем [10, с. 99-117]. В по­следние годы определенное развитие получили исследования классификации уголовно-правовых систем современно­го мира. Исследование этой проблемы, как правило, сводится к классификации правовых систем, предложенной Рене Давидом, выдвинувшим идею трихото­мии — выделения трех групп право­вых систем (романо-германской, общего права и социалистической), к которым примыкает остальной юридический мир, входящий в группу «других видов госу­дарства и права» [2, с. 52]. Зачастую ускользают от исследовательского вни­мания особенности уголовно-правовой направленности. Именно разработка классификации уголовно-правовых си­стем позволяет определить «...сущ­ность современного уголовного права в различных странах и регионах, выя­вить общие черты и различия уголовно­правовых систем, определить место. уголовно-правовой системы на право­вой карте мира, установить наиболее эффективные уголовно-правовые мето­ды обеспечения общественной безопас­ности» [1, с. 69]. Следовательно, необ­ходимость такого исследования имеет как теоретическую, так и практическую значимость.

В настоящее время в юридической литературе прослеживаются следующие тенденции: с одной стороны, отмечает­ся тот факт, что множество типологий уголовно-правовых систем современно­го мира в какой-то мере «механически» создаются по образцу, предложенно­му компаративистикой применительно к частному праву [5, с. 212]. С дру­гой стороны — наблюдается отказ от какой-либо классификации уголовно­правовых систем, а сопоставительный анализ норм и институтов уголовного права осуществляется без привязки к конкретной правовой системе [7, с. 35]. С третьей — предпринимаются попыт­ки создания принципиально новой клас­сификации уголовно-правовых систем, где основным критерием классифика­ции выступает «роль и место правово­го принуждения в политике государства конкретно-исторического периода» [8, с. 13], «репрессии» [12, р. 113].

Иными словами, предлагаемые в док­трине уголовного права классификации уголовно-правовых систем современно­го мира в подавляющем большинстве либо пропагандируют внесистемный подход к сравнительному уголовному праву, либо копируют частноправовые типологии правовых систем, либо пред­лагают принципиально новые типологии уголовно-правовых систем.

Указанные тенденции требуют над­лежащей теоретической оценки. Одним из наиболее противоречивых, на наш взгляд, является внесистемный подход к сравнительному анализу уголовного права. Ошибочна позиция тех авторов, которые считают, что следует отказать­ся от классификации уголовно-правовых систем, а сравнительно-правовой ана­лиз тех или иных норм, институтов уго­ловного права проводить без привязки к конкретной правовой системе [6, с. 41]. Соглашаясь с мнением О. Ведерниковой

О том, что внесистемный подход проти­воречит принципам сравнительного пра­воведения, а сформулированные на его основе предложения по усовершенство­ванию отечественного права могут при­вести к появлению нежизнеспособных норм и институтов, созданных в резуль­тате непродуманного заимствования отдельных элементов из чужеродных правовых систем [1, с. 68], приходим к заключению о том, что подобная юриди­ческая трансформация может повлечь пагубные последствия и привести к дис­гармонии всей правовой системы.

Другой тенденцией, которая наибо­лее часто встречается в юридической литературе является точка зрения, со­гласно которой на уголовно-правовой карте мира существуют несколько основных типов уголовно-правовых си­стем. Так, с точки зрения А. Наумова, в настоящий момент с определенной до­лей условности можно выделить следую­щие основные системы уголовного пра­ва: 1) романо-германское (европейское континентальное); 2) англо-саксонское (общее право); 3) социалистическое; 4) мусульманское [9, с. 451].

Аналогичного подхода придерживает­ся и А. Кибальник. Ученый полагает, что в зависимости от источника права мож­но выделить следующие типы уголовно­правовых систем: романо-германский, англо-американский, мусульманский и социалистический [5, с. 212].

По мнению В. Додонова, на уголовно­правовой карте мира существует несколь­ко основных систем уголовного права: романо-германская, англо-американская и мусульманская. Основой такой клас­сификации уголовно-правовых систем выступает реальное содержание и фор­мы действующего уголовного законода­тельства [3, с. 32].

О. Ведерникова для классифика­ции уголовно-правовых систем ис­пользует широкий системный подход, включающий анализ трех составляю­щих уголовного права как системы:

А) уголовно-правовой доктрины, отра­жающей правовую культуру и право­вую политику страны или региона;

Б) уголовно-правовых норм, установлен­ных официальными органами государ­ства; в) правоприменительной практики, направленной на реализацию принци­пов, целей и задач уголовного права. На основании данного подхода ученый выделяет несколько основных типов уголовно-правовых систем: 1) романо­германский (западноевропейский кон­тинентальный); 2) англо-американский (англосаксонский); 3) мусульманский; 4) социалистический и 5) постсоциали - стический [1, с. 70].

Данный подход к классификации уголовно-правовых систем в юридиче­ской литературе является наиболее рас­пространенным. Однако и он не лишен определенных недостатков.

Во-первых, такой подход игнориру­ет фактор идеологического наполне­ния уголовного права, который позво­ляет относить, в частности, уголовное право Японии к иной самостоятельной уголовно-правовой семье, но и отбрасы­вает все остальные уголовно-правовые системы, не принадлежащие к указан­ным. Так, например, в современной компаративистике нет единого мнения относительно постсоветских стран на правовой карте мира. Совершенно оче­видно, что мы находимся на перепутье между Западом и Востоком. Как спра­ведливо отмечает К. Осакве, ведя речь о постсоветском праве: «.оно решитель­но отошло от своего «социалистическо­го якоря» и медленно перемещается те­чением в направлении присоединения к одной из ветвей западного права» [10, с. 12]. Тенденции развития современно­го уголовного права ряда стран бывше­го Советского Союза дают все основа­ния говорить о том, что оно движется в направлении романо-германской право­вой семьи. Однако следует указать и на отличия современного уголовного пра­ва постсоветских стран от уголовного права стран романо-германской право­вой семьи. Так, уголовное право пост­советских стран, в отличие от уголовно­правовых систем романо-германского типа: а) полностью кодифицировано и не предполагает использования до-


Полнительных источников уголовного права; б) базируется на материальном определении понятия преступления;

В) не знает института уголовной от­ветственности юридических лиц; г) не предполагает признания судебного пре­цедента в качестве нормативного источ­ника права. Еще одной типологической особенностью современного уголовно­го права постсоветских стран является правоприменительная практика — ка­рательная политика большинства стран романо-германской правовой семьи име­ет тенденции к ужесточению, в то время как в постсоветских странах наблюдает­ся тенденция к гуманизации уголовной политики, что проявляется в отказе от смертной казни, снижении уголовной репрессии и т. д.

Во-вторых, на правовой карте мира существует множество других цивили­заций, где сама по себе идея права за­ключает в себя совершенно иные пред­ставления (как, например, в случае с Японией). Кроме этого, необходимо счи­таться с существованием феномена «ги­бридных» уголовно-правовых систем, в которых исторически неразрывно соеди­нились идеи, принципы и институты не­скольких уголовно-правовых систем.

В-третьих, в качестве оснований де­ления на рассматриваемые типы берут­ся в первую очередь те, которые прояв­ляют себя на уровне соответствующих им правовых семей, т. е. на более общем уровне, абстрагирующемся в определен­ной мере от отраслевой конкретики. Как следствие — неизбежность «поте­ри» каких-то существенных для того или иного уголовно-правового типа призна­ков и ограниченная возможность обна­ружения всех тенденций по его измене­нию. Акцентирование внимания только на указанных правовых системах резко уменьшает познавательные способности сравнительного уголовного права.

В-четвертых, данный подход к типо­логии предполагает анализ сравнивае­мых уголовно-правовых систем, глав­ным образом на нормативном уровне [5, с. 212-222; 3, с. 32]. В то время как наряду с основными источниками уго­ловного права не менее важную роль для адекватного правопонимания раз­личных уголовно-правовых систем со­временности могут играть ненорма­тивные правовые явления, например, правовая идеология, правоприменитель­ная практика и т. д.

В-пятых, следует отметить некую условность в выборе критериев класси­фикации систем уголовного права, кото­рой «грешат» большинство рассмотрен­ных классификаций, что уменьшает их научную значимость. При проведении классификации уголовно-правовых си­стем важно, чтобы «избранный подход был научно обоснован, являлся шагом на пути к познанию правовой действи­тельности, а не представлял собой ма­лополезное теоретическое построение» [8, с. 13].

Весьма «оригинальная» классифи­кация уголовно-правовых систем в за­висимости от роли и места правового принуждения в политике государства конкретно-исторического периода, пред­ложенная А. Малиновским, вызывает некоторые сомнения относительно ее приемлемости. На наш взгляд, данная классификация страдает рядом недо­статков: во-первых, условность пред­ложенного критерия. Согласно этому критерию, выделяется «репрессивная, карательная, гуманистическая» пра­вовые системы. Полагаем, что «роль и место уголовно-правового принуж­дения» — скорее характеристики уголовно-правовой политики, которая далеко не всегда находится в прямой зависимости от национальной правовой системы. Кроме того, попытка подме­нить правовые основания классифика­ции уголовно-правовых систем полити­ческими критериями ведет к чрезмерной политизации и субъективизму в оценках уголовно-правовых систем.

Во-вторых, отсутствие определеннос­ти в принципиальном вопросе о том, уголовно-правовые системы каких госу­дарств можно отнести к одной из трех моделей.

В-третьих, можно вести речь о «на­слаивании» трех моделей в границах одной страны. Так, карательный ме­тод является универсальным методом регулирования правовых отношений средствами уголовного права в любой стране. Не менее спорным является выделение автором гуманистической уголовно-правовой семьи. Кроме того, степень репрессивности той или иной страны может меняться в различные исторические периоды.

В-четвертых, из поля зрения иссле­дователя «выпадает» большое количе­ство государств, расположенных на пра­вовой карте мира.

Попытки развить метод типологии в уголовном праве предпринимались французским ученым Жаном Праде - лем. В поисках пригодного для уголов­ного права типологического критерия ученый обращается к наполненному им достаточно емким идеологическим и функциональным содержанием понятию «репрессии». В результате уголовно­правовые системы классифицируются на либеральные и авторитарные. При этом авторитарная модель подразделяет­ся на две разновидности: традиционную (с ее идеей о суровом уголовном праве как необходимом для поддержания об­щественного порядка) и современную (с ее идеей о возможности посредством сурового уголовного права добиться со­циальных и политических изменений). Либеральная также распадается на две разновидности: просто смягчающую су­ществующую уголовно-правовую систе­му и, напротив, заменяющую ее в опре­деленной части системой неуголовного характера.

Применительно к рассматриваемой классификации следует отметить, что она страдает в сущности теми же по­грешностями, что и классификация

А. Малиновского. Так, различные ин­ституты одних и тех же стран часто при­водятся в качестве примеров-признаков, указывающих в одном случае на авто­ритарность уголовно-правовых систем, а в других — на их либеральность [12, р. 114-115].

Подводя итог, следует отметить, что представленные классификации уголовно-правовых систем современно­го мира носят приблизительный харак­тер — не исчерпывают всего многообра­зия региональных типов и национальных моделей уголовного права.

В свете вышесказанного вопрос о том, какая же классификация уголовно­правовых систем является наиболее приемлемой, остается открытым. Одно­значно ответить на поставленный во­прос не представляется возможным. Безусловно, разработка типологии уголовно-правовых систем современно­сти требует проведения более углублен­ного анализа, который был бы постро­ен на принципах множества критериев и как следствие — представлял бы со­бой масштабную панораму правовой карты мира и указывал на взаимосвязь уголовного права и форм его проявле­ния с экономическими, политическими и другими конкретно-историческими условиями. В этом случае речь должна идти о том, что уголовное право пред­ставляет собой систему взаимосвязан­ных элементов, действующих на теоре­тическом, нормативном, эмпирическом уровнях правового регулирования.

Ключевые слова: классификация уголовно-правовых систем, уголовно­правовые системы, критерии класси­фикации, уголовное право, типология уголовно-правовых систем.

В статье проанализированы основные классификации уголовно­правовых систем современного мира, предложенные в юридической литера­туре, а также затрагиваются про­блемы выбора критериев для класси­фикации уголовно-правовых систем. Акцентируется внимание на том, чтобы при классификации уголовно­правовых систем выбранный подход был научно обоснованным, являлся шагом к познанию правовой действи­тельности.

В статті проаналізовано основні классифікації кримінально-правових систем сучасного світу, що запропоно­вані в юридичній літературі, а також окрема увага приділяється проблемі вибору критеріїв для классифікації кримінально-правових систем. Акцен­тується увага на необхідності при класифікації кримінально-правових систем дотримуватися науково об­ґрунтованого підходу, котрий би яв­лявся кроком до пізнання правової реальності.

The paper analyzes the basic classi­fication of criminal law systems of the modern world, proposed in legal litera­ture, but also addresses the problem of selection criteria for the classification of criminal law systems. In carrying out the classification of criminal justice sys­tems, it is important that the approach was scientifically sound, was a step to the knowledge of the legal reality.

Литература

1. Ведерникова О. H. Современные уголовно-правовые системы: типы, моде­ли, характеристика / О. H. Ведерникова // Государство и право. — 2004. — № 1. —

С. 68- 76.

2. Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основ­ные правовые системы современности / Р. Давид, К. Жоффре-Спинози. — М.: Меж - дународ. отн., 1998. — 400 с.

3. Додонов В. H. Сравнительное уголов­ное право. Общая часть: Монография / Под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2010. — 448 с.

4. Есаков Г. А., Крылова H. Е, Серебрен­никова А. В. Уголовное право зарубежных стран / Есаков Г. А., Крылова H. Е, Сере­бренникова А. В. — М.: Проспект, 2008. — 336 с.

5. Кибальник А. Г. Тенденции разви­тия мировых уголовно-правовых систем /А. Г. Кибальник / / Известия высших учебных заведений. Правоведение. — 2007. — № 2. — С. 212-222.

6. Корчагин А. Г., Иванов А. М. Срав­нительное уголовное право / А. Г. Корча­гин, А. М. Иванов. — Владивосток, 2002. — 470 с.

7. Козочкин А. Г., Иванов А. М. Срав­нительное уголовное право / А. Г. Козоч­кин, А. М. Иванов. — Владивосток, 2001. — 470 с.

8. Малиновский А. А. Сравнительное правоведение в сфере уголовного права. — М.: Между народ. отношения, 2002. — 376 с.

9. Наумов А. В. Российское уголов­ное право. Курс лекций. В 2 т. Т. 1. Об­щая часть. 3-е изд., перераб. и доп. — М., 2004. — 632 с.

10. Осакве К. Типология современного российского права на фоне правовой карты мира / К. Осакве// Государство и пра­во. — 2001. — № 4. — С. 12-22.

11. Цвайгерт К., Кетц X. Введение в сравнительное правоведение в сфере част­ного права: пер. с нем. В 2 т. Том 1: Основы / К. Цвайгерт, X. Кетц. — М.: Междуна­родные отношения, 2000. — 480 с.

12. Pradel J. Droit penal compara. — 462 р.