joomla
ЮРИДИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЪЕКТИВНЫХ И СУБЪЕКТИВНЫХ ПРИЗНАКОВ НАЛОГОВЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПО ДЕЙСТВУЮЩЕМУ УГОЛОВНОМУ КОДЕКСУ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Юриспруденція теорія і практика

Абульфат Шафагат оглы Гасанов,

Научный работник отдела "Уголовное право и уголовный процесс" Института филисофии и политико-правовых исследований Национальной академии наук Азербайджана



Согласно ст.3 Уголовного кодекса Азербайджанской Республики основани­ем уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предус­мотренного настоящим Кодексом.

В теории современного отечественного уголовного права под составом преступ­ления большинством авторов понимается установленная уголовным законом сово­купность объективных и субъективных признаков, характеризующих общест­венно опасное деяние как конкретное преступление. Однако высказывается и иное мнение. Например, профессор Ф. Й.Самандаров полагает, что состав преступления - это система обязатель­ных объективных и субъективных эле­ментов деяния, образующих его общест­венную опасность и структурированных по четырем подсистемам, признаки кото­рых предусмотрены в диспозициях уго­ловно-правовых норм УК [3]. Иную науч­ную позицию по этому вопросу защищает В. П.Мальков, по мнению которого прес­тупление состоит не из четырех, а из трех основных элементов: объекта, субъекта и деяния [9].

Под объектом преступления большин­ство авторов понимают взятые под охрану уголовного закона общественные отноше­ния, складывающиеся между людьми в различных сферах материальной, духов­ной и общественной жизни, как опреде­лённые связи между субъектами отноше­ний, складывающиеся в процессе их мате­риальной и духовной деятельности [13]. В последние годы по этому вопросу высказа­ны иные научные взгляды. Так, характе­ризуя объект преступления как то, на что посягает лицо, совершающее преступное деяние, и чему причиняется или может быть причинен вред в результате преступ­ления. А. В. Наумов утверждает, что во многих случаях трактовка объекта прес­тупления как определенных обществен­ных отношений вполне справедлива, нап­ример, в случаях признания объектом преступления отношений собственности при краже, грабеже и других хищениях имущества [10].

Налоговые преступления помещены в рамках главы 24 Особенной части Уголов­ного кодекса Азербайджанской Республи­ки 2000 года "Преступления в сфере эко­номической деятельности". Поэтому с учетом положений ст. 59 Конституции Азербайджанской Республики родовым объектом рассматриваемых преступле­ний, по нашему мнению, следует считать общественные отношения, складывающи­еся в рамках реализации конституционно­го права каждого на свободное использо­вание своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не зап­рещенной законом экономической дея­тельности.

По мнению М. В. Талан, объектом прес­туплений в сфере экономической деятель­ности являются общественные отноше­ния, обеспечивающие развитие и станов­ление рыночной экономики, добросовест­ной конкуренции и свободного рынка, ре­ализацию прав граждан на осуществле­ние предпринимательской и иной эконо­мической деятельности. В литературе имеются и иные взгляды по этому вопросу [12].

В целях отграничения налоговых прес­туплений от иных преступных деяний, со­вершаемых в сфере предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономи­ческой деятельности необходимо раск­рыть их видовой и непосредственный объ­екты.

По мнению П. А.Истомина, чтобы вер­но определить видовой объект налоговых преступлений необходимо не только ука­зать область общественных отношений, охраняемых уголовным законом, но и от­делить видовой объект от родового, с од­ной стороны, и непосредственного, с дру­гой стороны. При решении рассматривае­мого вопроса этот автор исходит из посыл­ки, что видовой объект преступления - всегда часть родового, ограничивающая круг его приложения от смежных, родственных ему. В данном случае, по мнению П. А.Истомина, таким качествен­ным своеобразием обладают отношения, возникающие по поводу уплаты законно установленных налогов и страховых взно­сов в государственные внебюджетные фон­ды с физических лиц и организаций [5].

В литературе нет единства мнений от­носительно трактовки непосредственных объектов рассматриваемых преступлений. Например, Д. Ю.Кашубин писал, что не­посредственным объектом налоговых преступлений считает общественные отно­шения, возникающие по поводу исчисле­ния и уплаты физическими лицами нало­гов с физических лиц, а с юридических лиц - налогов и сборов, а также отноше­ния по контролю за уплатой налогов физи­ческими лицами со стороны налоговых ор­ганов [6]. Эта точка зрения неприемлема в части уклонения от уплаты сборов, уго­ловной ответственности не установлено. Кроме того, уголовной ответственности за нарушение правил контроля со стороны налоговых органов за правильностью ис­числения налогов налогоплательщиками и своевременностью их уплаты не установ­лено.

По мнению К. В.Мамилова, объектом преступного уклонения от уплаты налогов являются финансовые интересы государ­ства, связанные с обеспечением пополне­ния доходной части бюджетной системы [8].

Наиболее предпочтительной нам представляется точка зрения, согласно ко­торой непосредственным объектом нало­говых преступлений является установлненый государственным законом порядок общественных отношений, складываю­щихся в сфере налогообложения индиви­дуальных предпринимателей, занимаю­щихся предпринимательской деятель­ностью, иных лиц, занимающихся част­ной практикой, а также организаций по вопросам исчисления и уплаты ими нало­гов в предусмотренные сроки.

По нашему мнению, нет необходимос­ти в указании при характеристике непос­редственного объекта налоговых преступ­лений на порядок осуществления контро­ля за полнотой налогообложения и своев­ременностью уплаты налогов и иных пла­тежей. За нарушение установленного по­рядка такого контроля со стороны налого­вых органов ни УК Азербайджанской ССР 1960 г., ни УК Азербайджанской Респуб­лики 1999 г. уголовной ответственности не было предусмотрено.

Неоднозначно в специальной литерату­ре решается вопрос о предмете преступле­ния и, в частности, о предмете налоговых преступлений. Правильное понимание вопроса о предмете преступления вообще и о предмете налоговых преступлений в частности дает возможность определять причинение вреда охраняемому уголов­ным законом объекту преступления, отг­раничивать те или иные преступления от смежных или схожих по объективной сто­роне составы преступлений.

В современной учебной литературе на­иболее распространена точка зрения, сог­ласно которой предметом преступления признается вещественное выражение объ­екта преступления, т. е. вещь материаль­ного мира. Так, проф. О. Ф. Шишов по это­му вопросу пишет, что "во-первых, пред­метом преступления являются не только физические тела (артефакты и природные объекты), но и интеллектуальные ценнос­ти... Во-вторых, предмет преступления не всегда является выражением объекта преступления" [11].

С учетом действовавшего в то время налогового законодательства В. А.Егоров налоги и страховые взносы рассматривал в качестве предмета налоговых преступ­лений [4]. Однако Д. Ю. Кашубин при­шел к иному выводу: он полагает, что на­логи и сборы нельзя рассматривать в ка­честве предметов налоговых преступле­ний. По мнению Д. Ю. Кашубина, тако­выми являются подлежащие уплате (пе­речислению в счет уплаты налога или взноса) денежные средства в размере, не превышающем ставку налога или стра­хового взноса [6].

В литературе высказаны и иные, на наш взгляд, неприемлемые, суждения от­носительно трактовки предмета налого­вых преступлений. Например, К. В. Мами - лов в качестве предмета налоговых прес­туплений рассматривает элемент бюджет­ной системы государства - бюджет соотве­тствующего уровня. Этот автор утвержда­ет, что в случае, когда денежный фонд не входит в бюджетную систему государства, неуплата таких налогов либо сборов не мо­жет признаваться преступлением. На всю кажущуюся необычность этого утвержде­ния, оно не лишено определенных основа­ний, поскольку под бюджетной системой понимаются организационные, правовые и экономические основы организации бюджетной системы в Азербайджанской Республике, составления, утверждения, исполнения бюджетов и контроля за их исполнением, а также основные принци­пы взаимосвязи государственного бюдже­та с внебюджетными государственными фондами, местными бюджетами. Для практических целей отграничения прес­тупного от непреступного в налоговой сфе­ре эта точка зрения неприемлема.

Поскольку без предварительной опла­ты установленных сборов соответствую­щее юридически значимое действие не мо­жет иметь места, а в нем более всего заин­тересован плательщик сбора, следователь­но и вопроса об уклонении его от уплаты установленного сбора практически быть не может.

Мы приходим к выводу, что предметом налоговых преступлений в одних случаях может быть налог на добавленную стои­мость, в других - акцизы, в третьих - на­лог на доходы физических лиц, либо нес­колько видов налогов одновременно. Предметом налогового преступления не может быть уклонение от уплаты государ­ственной пошлины, хотя бы и в крупном размере, например на наследство.

Объективная сторона каждого прес­тупного деяния означает ни что иное, как внешнее его проявление в объективном мире. Уголовное законодательство Азер­байджана, как и многих других стран, уголовную ответственность предусматри­вает не за мысли или желания, а за опреде­ленные запрещенные уголовным законом под угрозой наказания общественно опас­ные действия (деятельность) или бездей­ствие. Установление уголовной ответ­ственности за желания и мысли, не выра­женные внешне в каких-либо поступках, означало бы утрату объективного мерила оценки содеянного как преступления, привело бы к произволу со стороны работ­ников правоохранительной системы.

В. Н.Кудрявцев писал, что объектив­ная сторона преступления есть процесс об­щественно опасного и противоправного посягательства на охраняемые законом интересы, рассматриваемый с его внеш­ней стороны, с точки зрения последова­тельного развития тех событий и явлений, которые начинаются с преступного действия (бездействия) субъекта и закан­чиваются наступлением преступного ре­зультата. Общепризнано, что основное со­держание объективной стороны так назы­ваемых материальных составов преступ­лений составляют действие (бездействие), преступное последствие, причинная связь, а в формальных составах - само действие или бездействие. К факультатив­ным признакам объективной стороны в литературе относят способ, время, место, обстановку, орудия и средства соверше­ния преступления [7].

Уголовно наказуемым признается лишь уклонение от уплаты налога или других обязательных платежей, совер­шенное в значительном либо в крупном размере.

В соответствии с примечанием ст.213.1 УК АР уклонение лица от уплаты налога или других обязательных платежей приз­нается в значительном размере - от двад­цати пяти до пятдесяти тысяч размеров условно финансовой единицы.

Налогообложению подлежат доходы, полученные лицом в связи с осуществле­нием им любых видов предпринимательс­кой деятельности, в том числе и незакон­ной.

По смыслу ст.73 Конституции Азер­байджанской Республики каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. Понятно, что в ст.73 Конституции речь идет об обязанности каждого платить налоги и сборы в связи с законной дея­тельностью. Конечно, было бы парадок­сально, например, если бы государство возлагало обязанность на людей платить налоги за такие виды незаконной (прес­тупной) предпринимательской деятель­ности как незаконный оборот огнестрель­ного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст.228 УК), незаконное изготовление оружия (ст.229 УК), незаконный оборот наркоти­ческих средств и психотропных веществ (ст.234 УК) и т. п.

Однако гражданским и налоговым за­конодательством применительно к неза­конному предпринимательству установ­лен иной подход и режим. Поэтому осно­ваний для освобождения от уплаты нало­гов индивидуального предпринимателя с доходов, получаемых при осуществлении предпринимательской деятельности без регистрации в налоговом органе, нет осно­ваний.

Налоговые преступления, по нашему мнению, следует считать материальны­ми составами преступлений и окончен­ными с момента истечения установлен­ного законом срока для уплаты налога с доходов или единого социального нало­га.

Таким же образом надлежит квалифи­цировать и действия лица, не представив­шего в налоговые органы отчетную доку­ментацию в установленный срок, если данный факт установлен до истечения сро­ка уплаты налога и если доказано, что без­действия налогоплательщика имело целью его неуплату.

Однако по этому вопросу в литературе предлагается и защищается другая точка зрения. Например, П. А.Истомин полага­ет, что налоговые преступления относятся к формальным составам. Этот автор счита­ет, что для того, чтобы для налогоплатель­щика наступили неблагоприятные послед­ствия в виде возможности привлечения его к уголовной ответственности, просто достаточно установить факт неуплаты на­лога или социального налога, который он обязан был уплатить к означенному сро­ку. Однако эти соображения П. А.Истоми - на представляются неубедительными и неприемлемыми. Неуплата в установлен­ный срок налогов в значительном либо крупном размере физическим лицом или организацией причиняет серьезный вред формированию денежных фондов бюдже­тов всех уровней и это обстоятельство не может не считаться преступным послед­ствием содеянного [5].

Субъективная сторона налоговых прес­туплений характеризуется только умыш­ленной формой вины. Это объясняется тем, что в соответствии со ст.24.2 Уголов­ного кодекса Азербайджанской Республи­ки деяние, совершенное только по неосто­рожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально пре­дусмотрено соответствующей статьей Осо­бенной части настоящего Кодекса. Статья 213 Уголовного кодекса Азербайджанской Республики не предусматривает указаний на возможность уголовной ответственнос­ти за налоговые преступления, совершен­ные по неосторожности.

Представить ситуацию, при которой какое-либо лицо умышленно уклонялось различными способами от уплаты нало­гов, и при этом не желало этого или просто допускало такие последствия либо относи­лось к этому безразлично, практически невозможно. Поэтому косвенный умысел в составах преступлений исключается.

Целью уклонения от выполнения юри­дической обязанности по уплате налогов является удержание физическим или юридическим лицом в своей собственнос­ти или собственности учредителей (собственников) юридического лица неуп­лаченных сумм денежных средств в бюд­жеты государственного, автономного или местного уровня. Преступление соверша­ется преимущественно на основе личной корыстной или иной заинтересованности виновного (виновных).

Преступление, предусмотренное ст. 213.1 УК АР, считается оконченным с момента фактической неуплаты налога (ов) за соответствующий налогооблагае­мый период в срок, установленный нало­говым законодательством.


Список використаних джерел:

1. Конституция Азербайджанской Республики. - Баку: Ганун, 2003. - С.48.

2. Уголовное право Азербайджанской Республики. - Баку: Юрид. лит., 2007. - С.258.

3. Самандаров Ф. Я. Уголовное право: Общая часть.-Баку: Бакинский государственный универ­ситет, 2002. - С.736.

4. Егоров ВА. Налоговые преступления: История и современность.-Чебоксары, 2001. - 284 с.

5. Истомин ПА. Проблемы налоговых преступлений. - Ставрополь: Став-ропольсервисшкола,

2000. - 208 с.

6. Кашубин Д. Ю. Налоговые преступления в уголовном праве России: Автореф. Дис. ...канд. юрид. наук. - М.: Моск. гос. юрид. акад., 2002. - 28 с.

7. Кудрявцев В. Н. Объективная сторона преступления. - М.: Юрид. Лит., 1960. - 164 с.

8. Мамилов К. В. Уголовно-правовое основание уголовной ответственности за уклонение от упла­ты налогов: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Ижевск, 2001. - 31с.

9. Мальков В. П. Состав преступления в теории и законе // Государство и право. - 1996. - № 7. - С. 111.

10. Наумов АВ. Российское уголовное право: Общая часть / Курс лекций.-2-е изд. перераб. и до- полн. - М: БЕК, 2000. - С.146.

11. Уголовное право Российской Федерации: Общая часть / Под ред. проф. А. И. Рарога. - М.: Юристь, 2001. - 495 с.

12. Талан М. В. Преступления в сфере экономической деятельности: Вопросы теории и законо­дательного регулирования.-Казань: Казан. ун-т, 2001. - 388 с.

13. Таций В. Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном праве. Х.: Выща шко­ла, 1999. - 196 с.